Блог Знаменитости

Сергей Довлатов о жизни, творчестве и писателях

Sergei Dovlatov 01

 

МОЯ ПРОФЕССИЯ — быть русским автором.

 

Я РОДИЛСЯ В НЕ ОЧЕНЬ-ТО ДРУЖНОЙ СЕМЬЕ. Посредственно учился в школе. Был отчислен из университета. Служил три года в лагерной охране. Писал рассказы, которые не мог опубликовать. Был вынужден покинуть родину.

Sergei Dovlatov 02

 

Я ДОЛГО ДУМАЛ, как можно сформулировать мою национальную принадлежность, и решил, что я русский по профессии.

 

ВСЮ СВОЮ ЖИЗНЬ Я РАССКАЗЫВАЮ ИСТОРИИ, которые я либо где-то слышал, либо выдумал, либо преобразил.

Sergei Dovlatov 03

 

Я ОХРАНЯЛ КАКУЮ-ТО БАРЖУ НА НЕВЕ, вмерзшую в лед. Она не представляла вообще никакой ценности, кажется, с нее уже все было украдено, что можно было украсть. Но круглосуточно три человека — двое остальных были с высшим образованием — ее охраняли.

 

МЕНЯ НЕ ПЕЧАТАЛИ. Я не мог зарабатывать литературным трудом. Я стал психом, стал очень пьющим. Меня окружали такие же спившиеся непризнанные гении. Но куда бы я ни приносил свои рассказы, я всю свою жизнь слышал только комплименты. Никогда никто не выразил сомнения в моем праве заниматься литературным трудом.

Sergei Dovlatov 04

 

Я НЕ ЖАЛЕЮ О ПЕРЕЖИТОЙ БЕДНОСТИ. Если верить Хемингуэю, бедность — незаменимая школа для писателя. Бедность делает человека зорким. Любопытно, что Хемингуэй это понял, как только разбогател.

 

Я УЕХАЛ, чтобы стать писателем.

Sergei Dovlatov 05

 

ЕДИНСТВЕННАЯ СТРАНА НА ЗЕМНОМ ШАРЕ, где человек непонятного происхождения, владеющий восточноевропейским языком, будет чувствовать себя естественно, — это Америка.

 

КОГДА Я ЖИЛ В ЛЕНИНГРАДЕ, я читал либо «тамиздат», либо переводных авторов. И когда в каком-то американском романе было описано, как герой зашел в бар, бросил на цинковую стойку полдоллара и заказал двойной мартини, это казалось таким настоящим, подлинным… прямо Шекспир!

Sergei Dovlatov 06

 

СЕЙЧАС В ЭМИГРАЦИИ ЛЮБЯТ ГОВОРИТЬ О ПЕРЕЖИТЫХ СТРАДАНИЯХ. Меня никто не выкидывал, не вытеснял, не высылал. Просто сама жизнь так сложилась. В наручниках меня никто не заставлял туда ехать — просто посоветовали.

 

ТРАДИЦИОННЫЙ ЭМИГРАНТСКИЙ ВАРИАНТ В ТУ ПОРУ — жена работает, а муж, лежа на диване, разглагольствует в манере Лоханкина, строит планы и задумывается о судьбах демократии. Что я и проделывал в течение нескольких месяцев.

Sergei Dovlatov 07

 

В АМЕРИКЕ Я ТАК И НЕ СТАЛ богатым или преуспевающим человеком. Мои дети неохотно говорят по-русски. Я неохотно говорю по-английски.

 

Я ЧЕЛОВЕК СЛАБЫЙ, и стойкий диссидент из меня вряд ли получится.

Sergei Dovlatov 08

 

МЕНЯ НЕ ИНТЕРЕСУЮТ ФАКТЫ, я путаю, много вру, я не скрупулезный, не энергичный, короче— не журналист. Хотя всю жизнь зарабатывал именно этим. И, оказавшись в эмиграции, я для себя выработал жанр. Поскольку я не знал американской жизни, плохо знал американскую прессу, не следил за американским искусством, я внедрил такой жанр, который в России называется «Взгляд и нечто». Довлатов разглагольствует о чем придется.

 

В РОССИИ УСПЕХ — ПОНЯТИЕ ОДНОЗНАЧНОЕ. Оно включает в себя деньги, славу, комфорт, известность, положительную прессу, репутацию порядочного человека и т. д. В Америке успехов может быть десять, двенадцать, пятнадцать. Есть рыночный успех, есть успех у университетской профессуры, есть успех у критиков, есть успех у простонародья. Мой случай по-английски называется «критикал эклэйм» — замечен критикой.

Sergei Dovlatov 09

 

ИСПОКОН ВЕКА В РОССИИ не техника и не торговля стояли в центре народного сознания, и даже не религия, а литература.

 

Я НЕ УВЕРЕН, ЧТО СЧИТАЮ СЕБЯ ПИСАТЕЛЕМ. Я хотел бы считать себя рассказчиком. Это не одно и то же. Писатель занят серьезными проблемами — он пишет о том, во имя чего живут люди, как должны жить люди. А рассказчик пишет о том, как живут люди.

Sergei Dovlatov 10

 

ЕСТЬ ЛЮДИ, У КОТОРЫХ РАЗНИЦА МЕЖДУ ХАЛТУРОЙ И ЛИЧНЫМ ТВОРЧЕСТВОМ не так заметна. А у меня, видимо, какие-то другие разделы мозга этим заняты. Если я делаю что-то заказное, пишу не от души, то это очевидно плохо.

 

НИ ОДИН ЛИТЕРАТОР НЕ ОСТАВИЛ добровольно своих творческих занятий. Среди технической интеллигенции дезертиров сколько угодно, но среди писателей их почти нет.

Sergei Dovlatov 11

 

СЕЙЧАС Я СТАЛ УЖЕ НЕМОЛОДОЙ, И ВЫЯСНИЛОСЬ, что ни Льва Толстого, ни Фолкнера из меня не вышло, хотя все, что я пишу, публикуется. И на передний план выдвинулись какие-то странные вещи: выяснилось, что у меня семья, что брак — это не просто факт, это процесс. Выяснилось, что дети — это не капиталовложение, не объект для твоих сентенций и не приниженные существа, которых ты почему-то должен воспитывать, будучи, сам черт знает кем, а что это какие-то божьи создания, от которых ты зависишь, которые тебя критикуют и с которыми ты любой ценой должен сохранить нормальные человеческие отношения. Это оказалось самым важным.

 

ИРОНИЯ — ЛЮБИМОЕ, А ГЛАВНОЕ, ЕДИНСТВЕННОЕ ОРУЖИЕ беззащитных.

Sergei Dovlatov 12

 

ИЗ РУССКИХ ПИСАТЕЛЕЙ ДОБИЛСЯ НЕСОМНЕННОГО УСПЕХА один Иосиф Бродский. Остальные, как правило, врут.

 

РУССКИЕ ПИСАТЕЛИ ЗА ГРАНИЦЕЙ очень редко переходили на иностранную тематику. Даже у Набокова, заметьте, русские персонажи — живые, а иностранцы — условно-декоративные. Единственная живая иностранка у него — Лолита, но и она по характеру — типично русская барышня.

Sergei Dovlatov 13

 

Я ПОНЯЛ, ЧТО НИКОГДА НЕ БУДУ ПИСАТЬ ОБ АМЕРИКЕ, никогда не перейду на английский язык.

 

ТРИ ВЕЩИ МОЖЕТ СДЕЛАТЬ ЖЕНЩИНА ДЛЯ РУССКОГО ПИСАТЕЛЯ. Она может кормить его. Она может искренне поверить в его гениальность. И, наконец, женщина может оставить его в покое. Кстати, третье не исключает второго и первого.

Sergei Dovlatov 14

 

ЖИЗНЬ КОРОТКА. Человек одинок. Надеюсь, все это достаточно грустно, чтобы я мог продолжать заниматься литературой.

 

Я ЛИЧНО ПИШУ ДЛЯ СВОИХ ДЕТЕЙ, чтобы они после моей смерти все это прочитали и поняли, какой у них был золотой папаша, и вот тогда, наконец, запоздалые слезы раскаяния хлынут из их бесстыжих американских глаз!

Sergei Dovlatov 15

Комментарии